– Буду. Примерно через полчаса.

– А вам как лучше – когда много чая заказывают? Или когда поменьше?

– Когда много, – улыбнулась.

– Тогда нам – много. Мы много чаю будем пить. С вами сразу расплатиться?

– Нет, потом.

– Хорошо. Я вас спросить хотел. Транспортная милиция сопровождает состав?

– А что случилось?

– Ничего. Мне нужно знать номер вагона, в котором они едут. Вот мое удостоверение.

Вчиталась, махнула рукой:

– Восьмой вагон.

– Спасибо. На всякий случай – как вас зовут?

– Да пожалуйста. А зовут Катей.

«Восьмой вагон? Следующий – вагон-ресторан, а дальше – уже восьмой… Рабочийтамбур… Никого… Так, теперь – нерабочийтамбур… Ого, те двое из второго купе уже здесь курят? Чтобы дойти до кондиции, им понадобится минут тридцать или сорок – этосамое большее… Потом могут возникнуть проблемы… Нож… Лезвие – десять сантиметров… Нож нам не нужен…»

Прошел во второе купе. Там никого не было, дверь оказалась открыта. Нож лежал на столе. Взял его, вышел в рабочий тамбур, открыл дверь, ведущую в следующий вагон, и выбросил нож на рельсы.

Девчонка, похоже, тяготилась присутствием Китайгородцева. Смотрела за окно с хмурым видом, а там уже и не видно было ничего, только изредка в стылой тьме вспыхивали неяркие огоньки чужих окон и тут же уносились прочь. И лишь когда Анатолий снял пиджак, под которым обнаружилась плечевая кобура с пистолетом, Рита проявила интерес.

– Настоящий? – спросила она.

– Настоящий.

– Как называется? «Кольт»? – других она и не знала, наверное.